Антисептик (antiseptic) wrote,
Антисептик
antiseptic

Categories:

ХРИСТИАНСТВО И КОММУНИЗМ (Из книги Хьюлетта Джонсона «Христианство и коммунизм»)

Оригинал взят у roman_n в ХРИСТИАНСТВО И КОММУНИЗМ (Из книги Хьюлетта Джонсона «Христианство и коммунизм»)
«Итак, по плодам их узнаете их» Матф. 7, 20.

«И пришедшие около одиннадцатого часа получили по динарию» Матф. 20, 9.

Эта книга, посвященная вопросу о точках соприкосновения между христианством, с одной стороны, и коммунизмом, а также его подготовительной стадией — социализмом — с другой, написана по двум причинам. Во-первых, от меня на протяжении ряда лет постоянно требовали, чтобы я написал и издал её. Мне часто бросали вызов, предлагая примирить мою христианскую веру и занимаемый мною пост настоятеля Кентерберийского собора с тем сочувствием, которое я проявляю к коммунистическим идеалам и к странам, ставящим перед собой коммунистические цели.
Вторая причина более важная. Коммунистическая вера завладела миром с такой силой, как ни одно другое движение со времен появления христианства. Коммунизм выступает как соперник христианства. Хотя на первый взгляд коммунистическое учение в том виде, как его излагают, или, вернее, искажают, как будто противоречит идеям христианства и требует, чтобы ему было оказано сопротивление, при более глубоком понимании обоих вероучений, коммунизма и христианства, можно обнаружить, — и я уверен, что это будет сделано, — множество точек соприкосновения между ними и тем самым подготовить почву для их объединения.
Итак, настоящие очерки написаны с целью поставить на обсуждение весь этот вопрос об отношении христианской веры к коммунистической вере и побудить более сильные умы глубже разобраться в нём. Христианские богословы во многих странах мира уже берутся или даже взялись прямо или косвенно за эту задачу. Профессор Джон Макмвррэй, покойный архиепископ Темпл, профессор Джозеф Нидхем, Кеннет Ингрэм, Стенли Эванс и другие — в Англии, профессор Флетчер и другие — в США, доктор Эндикотт — в Канаде, доктор У, один из руководителей Христианской ассоциации молодых людей, — в Китае, епископ армянской церкви Нерсоян и многие другие так или иначе уже занимались тщательным рассмотрением этого вопроса.
Дальновидный американский банкир и великий благодетель нашего кафедрального собора покойный Томас Ламонт писал президенту Теодору Рузвельту из Москвы, после того как новая революция смела старый порядок: «Ленин — отнюдь не временное явление, лучше договориться с ним». То же самое повторил Лоуренс (Аравийский. Имеется в виду Лоуренс, Томас Эдуард — известный английский разведчик, «специалист» по арабским странам.), который назвал Ленина, вероятно, величайшим человеком нашего столетия. Я тоже решаюсь без всяких колебаний повторить слова: «Коммунизм — отнюдь не временное явление». Чрезвычайно важно поэтому, чтобы мы попытались ясно понять, что такое коммунизм, « постарались найти те пункты, в которых он согласуется с христианской верой (если таковые имеются), — пункты, которые послужат основой для дальнейшего синтеза.
Коммунизм — это живое вероучение, оказывающее глубокое влияние на жизнь сотен миллионов людей, которые страстно верят в него. Никто из тех, кому довелось поездить в наши дни по России, Китаю или странам Восточной Европы, не сможет этого отрицать. В Китае некая девушка-коммунистка, приговоренная к смерти за свои коммунистические убеждения, стоя перед теми, кто должен был ее расстрелять, воскликнула: «Вы живете ради ничтожной цели, я же умираю во имя великой цели. Я предпочитаю умереть во имя великой цели, чем жить ради ничтожной цели». Это — живая вера, и она типична для миллионов.
Коммунизм бросает вызов христианам. Этот вызов необходимо принять. Я лично убежден, что синтез этих двух антагонистических лишь по видимости, а не по существу образов мышления и укладов жизни возможен и что в конечном итоге он принесет счастье человечеству.
В этой книге я намерен рассмотреть многие из тех понятий, которые больше всего занимают умы христиан, например: «атеизм», «диалектика», «материализм» и так далее, хотя ни одно из этих слов не фигурирует в авторитетном определении коммунизма. Это определение и программа, долженствующая привести к осуществлению коммунистической цели, завоевала мое сочувствие пятьдесят лет назад, когда не существовало еще ни одного коммунистического государства, и они являются сегодня источником вдохновения для сотен миллионов людей, не имеющих ни вкуса, ни склонности к философским идеям и терминам и не признающих ничего, кроме программы, как таковой. Итак, вернемся к этой программе.
Что такое коммунизм?
Карл Маркс восемьдесят лет назад в одном из своих знаменитых произведений дал определение как коммунизма, так и социализма (подготовительной фазы коммунизма). Вот эти два определения. Сначала социализм: «От каждого — по способностям, каждому — по труду». Затем коммунизм: «От каждого — по способностям, каждому — по потребностям»(К. Маркс. Критика Готской программы, 1875 г. Эти выражения почерпнуты из произведений социалистов-утопистов. Первое было употреблено Сен-Симоном в «Новом христианстве», второе — Кабе в «Путешествии в Икарию» (1840 г.)).
Мы видим, что в обоих определениях есть одно общее положение: «от каждого — по способностям». Все должны трудиться, и трудиться в меру своих способностей. Одни в качестве художников, другие — в качестве организаторов, учителей, инженеров и так далее; все должны трудиться. Интересно отметить, что Советский Союз был первым государством, вписавшим обязанности в свою конституцию.
Само собой разумеется, что если все должны трудиться, то всем должна быть предоставлена возможность трудиться. И это подводит нас ко шторой части определения социализма: «Каждому — по труду». Она обеспечивает право на соответствующее вознаграждение за труд. Далее, поскольку труд различается по своей ценности или количеству, вознаграждение в социалистическом государстве также должно различаться по своим размерам. Социалистическое общество — вовсе не обязательно уравнительное общество. Социалистическое общество — это общество на той стадии его развития, на какой оно находится в нынешней России. Положение о том, что каждый должен получать соответственное вознаграждение за свой труд наряду с обеспечением возможности трудиться, предполагает плановую экономику. Оно предполагает также, что земля, энергетические ресурсы, все природные богатства и производственные процессы находятся под контролем всего общества и используются в его интересах.
Но по-христиански ли все это? Есть ли здесь какие-либо точки соприкосновения с христианством? Это жизненно важный вопрос. Я задал его себе пятьдесят лет назад. «Да», — ответил я на него тогда. «Да», — отвечаю я и сегодня. Сказать, что все должны трудиться, — это истинно по-христиански. Сказать, что всем должна быть предоставлена возможность трудиться, — это истинно по-христиански. Сказать, что все должны получать соответственное вознаграждение за свой труд, — это истинно по-христиански.
Вспомним притчу о талантах. «Человек, отправляясь в чужую страну; призвал рабов своих и поручил им имение своё. И одному дал он пять талантов, другому — два, иному — один, каждому по его силе, и велел им пустить свои таланты в оборот». Один из рабов зарыл свой талант в землю и был сурово осуждён за это. Мысль Христа ясна. Все мужчины; и женщины одарены той или иной способностью. Все они обязаны развить эту способность, все должны трудиться.
Таким образом, мы можем констатировать, что:
1. В этом частном вопросе социализм гораздо ближе к идее Христа,, выраженной в притче о талантах, нежели те, кто считает себя вправе жить в полной праздности на унаследованные богатства.
2. Если скажут, что в Палестине времен Христа с её хозяйством мелких хлебопашцев и мелких ремесленников легче было обеспечить людям и постоянную работу и справедливую оплату, нежели в наши дни, в условиях массового производства и неустойчивых рынков, то тут можно возразить, что по этой именно причине социализм и коммунизм требуют коллективной собственности и общественной экономики, основанной: на научном планировании.
Не должен ни один христианин возражать и против упорядоченного плана, если он помнит повеление Христа, накормившего пять тысяч человек: «Тогда повелел им рассадить всех отделениями на зеленой траве. И сели рядами, по ста и по пятидесяти». 12 учеников распределили еду между всеми. Ее распределили поровну, по потребности. Это предвосхищает коммунизм.
Вторая часть социалистической программы едва ли нуждается в оправдании: «каждому — по труду».
а) Христиане не только ничего не имеют против этого положения — об оплате соответственно произведенному труду, — но на этом настаивают. Не должны они сетовать и на различия в оплате, которые являются стимулом к увеличению производства. В Советской России, конечно, существуют различия в оплате.
б) Но у христиан есть серьезные основания сетовать на фантастические различия в оплате, существующие в нашем нынешнем обществе мультимиллионеров.
Какой строй является в этом отношении более христианским — контролируемый социалистический или неконтролируемый капиталистический, о котором профессор Кейнс, кембриджский экономист, преуспевающий капиталист и опытный финансист, честно сказал: «Современный капитализм не признает решительно никакой религии, он лишен внутреннего единства и сколько-нибудь заметного общественного духа. Часто, хотя и не всегда, это всего лишь скопище собственников и карьеристов».
Перейдем теперь к марксову определению другого слова — «коммунизм». Как и социализм, коммунизм требует от всех труда в условиях: плановой экономики: «от каждого — по способностям». Но на этом сходство кончается. Вторая часть определения гласит: «каждому — по потребностям». Заметьте: не по труду, а по «потребностям».
Сначала создается социализм, затем — коммунизм. Сразу достигнуть коммунизма нельзя. Для коммунизма должна быть подготовлена почва. Объясняется это двумя причинами:
1. Только богатое государство может располагать достаточным количеством потребительских товаров, чтобы дать «каждому — по потребностям».
2. Только дисциплинированный народ может отважиться на такой эксперимент.
Такой порядок не удержался бы в обществе, которое чуждается труда. Здесь нужна джентльменская дисциплина — в том понимании слова «джентльмен», как его определял Бернард Шоу: «Человек, который кладет в общий котел больше, чем черпает из него для себя». Как социалисты, так и коммунисты утверждают, что фаза социализма создает и необходимое количество товаров, и необходимые качества человеческого характера, то есть оба условия коммунизма — богатое государство и совершенствующуюся нравственность.
В годы моей молодости капитализм осуждал этот лозунг «каждому — по потребностям» как сентиментальный, неосуществимый и деморализирующий, между тем как ныне капиталистическое общество, хотя и неохотно, само постепенно движется в этом же направлении. Свидетельство тому наши общественные дороги, парки, государственная система образования и здравоохранения, при которой необходимые предметы и средства обслуживания предоставляются в соответствии с потребностями.
Но что можно сказать об этом определении с точки зрения христианства? Есть ли здесь какие-либо точки соприкосновения? Чтобы ответить на этот вопрос, я предлагаю вам сопоставить формулу «каждому — по потребностям» с евангельской притчей о «работниках на винограднике». Мы читаем так:
«Хозяин рано поутру нанимает за условленную плату работников на свой виноградник, выбирая, как это обычно водится у хозяев, людей наиболее подходящих для работы.
Выйдя около третьего часа, он увидел других, стоящих праздно, и (что уже менее обычно) пригласил также и их на работу. Выйдя снова около шестого и девятого часа, он сделал то же самое.
Потом, когда до конца дня оставался всего один час, он увидел других, стоящих праздно, и — что было уже совсем необычно, — узнав о том, что никто их не нанял, пригласил и их на работу. Это были подонки человечества — слабые, больные, несчастные люди.
Рабочий день кончается.
Звонит колокол.
Работа прекращается.
Начинается выдача платы.

— Заплати сначала тем, кто пришел последним, — говорит хозяин своему управителю, — и отдай им плату за полный день.
Почему?
Зачем поступать вопреки всем экономическим принципам?
Зачем заходить даже дальше того, чего требует справедливость?
Нанять их на работу и без того уже было великодушно. Выдать им полную плату по существующей ставке за отработанный ими час также было великодушно.
Почему за неумелую работу на протяжении всего лишь небольшого отрезка рабочего дня нужно отдать им плату за полный день?
И почему, почему же нужно воздать плохому работнику особую честь, заплатив ему первым?
Причина с точки зрения гуманности религии, семьи была совершенно проста. Эти люди имели жен и семьи, и все заботы об удовлетворении потребностей женщин и детей в пище, одежде и жилище лежали на них.
Потребности эти существовали независимо от того, работал ли «отец» или нет. Раз все это так, говорит чувствительный и весьма необычный хозяин, нужно заплатить им по потребностям их семей.
Но почему же нужно заплатить им первым? К чему ещё это особое проявление доброты? Причина этого столь же проста, сколь и прекрасна. Сильные, здоровые люди трудились целый день. Они испытали радость труда, радость вернуться вечером домой с деньгами для удовлетворения нужд своей жены и ребенка. Они познали тяжесть физической работы.
Другие познали тяжесть душевных мук. Сколько раз на протяжении этого знойного дня их преследовала неотступная мысль: «Что я скажу детям, когда они станут просить хлеба?» Хозяин виноградника наблюдал всё это, наблюдал с глубоким состраданием, и, охваченный внезапным порывом, сказал:
«Заплати им первым. Отдай им плату за полный день. Успокой их души сразу же. Пошли их домой, пусть обрадуют свои голодные, ждущие их в тревоге семьи, которые в страхе готовятся услышать обычную скорбную фразу: «Сегодня опять не было работы».
Нужно ли спрашивать вас теперь, как должны относиться христиане к такой программе?
Я ответил на этот вопрос пятьдесят лет назад. Эта программа — глубоко христианская, сказал я. И когда я узнал, что она будет претворена в жизнь в России и будет основана на научнопланируемом и находящемся в общественной собственности хозяйстве, я добавил, что, по моему мнению, она является не только христианской и нравственной, но также практичной и научной и она увенчается успехом.
Я сочувствовал этой программе на протяжении всех последующих лет со всеми их взлетами и падениями. Она пользовалась моим сочувствием заслуженно, ибо (несмотря на все ошибки и темные пятна) она опирается на основополагающую истину, что все люди, каковы бы ни были их воспитание или их способности, — мои братья и что с ними нужно обращаться так, как я стал бы обращаться со своими братьями по крови, которым я всегда стараюсь давать, насколько это в моих силах, по их потребностям.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments